Вирус и выборы: политические бенефициары 2021-го и главные риски для Смольного

Вирус и выборы: политические бенефициары 2021-го и главные риски для Смольного

Главным политическим бенефициаром 2021 года будет Георгий Полтавченко: чем дальше, тем очевиднее становится, как вовремя он соскочил.

Ключевой политический риск для Александра Беглова отчётливо оформился в день его избрания 8 сентября 2019 года, когда он победил двух своих конкурентов — Михаила Амосова и Надежду Тихонову с 64% против их 16,03% и 16,84% соответственно.

Печаль этого результата состоит в том, что они как минимум не вели кампанию (если не сказать, что подыгрывали градоначальнику) — а получили каждый голосов больше, чем Анна Маркова, ожесточённо бившаяся с Валентиной Матвиенко (2003), или Игорь Артемьев — с Владимиром Яковлевым (2000).

Более того — и сам губернатор не давал особого повода для протеста, стараясь ничем особо не злить горожан. Он должен был бы повторить результат Георгия Полтавченко (2014), четверо оппонентов которого набрали 9%, 3%, 2% и 2%. Но не повторил. Потому что время теперь другое.

Традиционная для России последних десятилетий тактика выжженной земли, когда представитель действующей власти легко побеждает на выборах безликих статистов, больше не работает. Потому что люди то ли в раздражении, то ли устав от политического однообразия, массово голосуют уже не за, а против, выбирая любого, кроме представителя власти. И в российских регионах, и в Белоруссии. Одинаковые результаты Амосова и Тихоновой показательны: многие избиратели, определяясь между ними, вероятно, кидали монетку.

С административной точки зрения Смольному гораздо комфортнее было бы жить по заветам дедушки Георгия: если ничего не делать, то и ничего плохого не случится. Но и так тоже не получается, потому что вирус требует решительных действий, иначе все умрут. Это бэкграунд, с которым городские власти вступили в 2021 год.

Сходили на концерт

Вторая волна вируса здорово накрыла Смольный. Понятно, что политические риски ковида — не число заболевших само по себе, а то, как это число оценивают, во–первых, в Кремле, во–вторых, в обществе. Прошлогодний скандал с концертом Басты получил федеральный резонанс, его комментировал даже премьер Михаил Мишустин, а в правительстве ещё до этого называли Петербург в числе самых проблемных регионов. Отвечая на эти вызовы, городские власти продемонстрировали решительность и запретили работу ресторанов в новогодние праздники. В результате опять оказались в центре внимания, преимущественно ироничного, потому что такого не сделали даже в Москве.

Эта сложная политическая дилемма хорошо описана в “Медведе на воеводстве”: начнёшь устраивать кровопролитие — плохо. Но если пустишь всё на самотёк и не будешь никого притеснять — тоже. Как быть, Салтыков–Щедрин не говорит. Смольный должен сам найти ответ на этот вызов: как, с одной стороны, никого не разозлить, а с другой — выйти из числа отстающих по борьбе с вирусом, продемонстрировав Кремлю свои административные таланты.

Экономическая составляющая эпидемии на этом фоне вторична. Политические последствия могут наступить после изучения в Кремле очередного соцопроса, а не из–за того, сколько миллиардов пришлось срезать или удалось не срезать со строительства метро.

Правда, в начале года, когда свободные койки должны были вот–вот закончиться, случилось чудо: граждане стали меньше нуждаться в госпитализации и резерв мест в больницах показал позитивную динамику. Хотя по числу заболевших Петербург и сохранял лидерство.

Ещё из позитива можно отметить высказанное президентом мнение о возможности создания парка на Охтинском мысу вместо газпромовского офиса. Это очень похоже на повторение предвыборного сценария с Тучковым буяном, когда федеральный центр делает действительно ценный подарок горожанам, с тем чтобы поднять рейтинг местных властей.

Если мотивация здесь такая же, значит, в Москве заинтересованы в укреплении положения Александра Беглова.

Не угодить

Общественность, в свою очередь, категорически не хочет носить маски, но при этом отчаянно возмущается низкой эффективностью противоэпидемических мероприятий. Но прямо указать ей на необходимость сделать выбор между свободой с высокой заболеваемостью и карантином с низкой Смольный не может, потому что не имеет ни механизмов, ни опыта такого откровенного неприятного диалога.

Поэтому, видимо, политика метаний, накладывающаяся на высокий уровень раздражения местных жителей (см. вышеупомянутые итоги выборов), будет продолжаться вплоть до сентября. А в сентябре — парламентские выборы.

В этом контексте Смольному проще всего было бы абстрагироваться, передав “Единой России” все рычаги управления кампанией и возложив на неё всю ответственность перед Кремлём за её исход. Это, безусловно, выход, но есть нюансы.

Во–первых, низкий результат партии власти будет свидетельствовать в глазах Москвы о плохой работе в том числе и самого Смольного. Во–вторых, это приведёт к дальнейшему усилению спикера ЗакСа Вячеслава Макарова. А городская администрация, судя по вылетающим из–под ковра хотя и не костям, но хрящикам (в виде возмущения депутатов из–за заморозки освоения их коллективной поправки), заняла в его отношении более или менее решительную позицию.

Вместе с городской администрацией или без неё, ЕР в любом случае столкнётся с теми же электоральными проблемами, что и Александр Беглов в своё время, но усиленными 2 годами снижения уровня жизни и годом вируса. И чем хуже будет ситуация, тем больше станет искушение использовать разные формы принуждения, а чем более очевидно принуждение — тем сильнее раздражение.

Отсутствие внятной силы, готовой возглавить протест, уже не спасёт, как прежде, “Единую Россию” от прихода на избирательные участки разгневанных горожан, степень разгневанности которых желающие могли наблюдать на Невском 23 января. Но за кого они проголосуют — непостижимая пока загадка.

В пределах Северо–Запада есть ряд протестных точек, которые потенциально могут стать проблемными территориями. К ним можно отнести Карелию, Псковскую область и Санкт–Петербург. Прежде всего из–за возможных проблем внутри партии власти и устойчивого присутствия “Яблока”. Но в целом можно ожидать, что СЗФО будет находиться в рамках общефедеральных тенденций: не вызывает сомнений, что первое место будет у “Единой России”, которая может набрать от 40–50 %, КПРФ и ЛДПР должны преодолеть 5%–ный порог. В то же время под вопросом прохождение порога у “Справедливой России” и “Яблока”.

ЕВГЕНИЙ МИНЧЕНКО
председатель коммуникационного холдинга “Минченко консалтинг”
Пока рано говорить о том, насколько сильно поменяется кадровый состав ЗакСа Петербурга. Всё зависит от того, какие решения примут относительно политических перспектив спикера Вячеслава Макарова. Если в высших кругах решат, что он продолжит возглавлять орган городской законодательной власти, то, скорее всего, в составе депутатского корпуса произойдут незначительные изменения. В целом шестой созыв депутатов достаточно лоялен действующему спикеру ЗакСа и полностью его устраивает. Если же будет принято решение о замене Макарова на более управляемого со стороны исполнительной власти кандидата, то и состав самого ЗакСа будет значительно изменён. Вероятно, ясность появится уже ближе к марту, когда развернётся подготовка к предварительному голосованию и нужно будет определиться с кадровым составом депутатского корпуса. Учитывая ослабление позиций “Партии роста” как по стране, так и в Петербурге, в ЗакСе, вероятно, может произойти замена на фракцию “Новые люди”. Политические перспективы Оксаны Дмитриевой в связи с этим связаны с попаданием в Госдуму. Вторая партия, претендующая на потерю места в ЗакСе, — “Яблоко”. Но за счёт личной популярности Бориса Вишневского в протестных кругах барьер в 5%, скорее всего, будет преодолён. При этом шансы Максима Резника на возвращение в “Яблоко” минимальны. Однако электоральный ресурс Резника вполне даёт шанс ему пройти по одномандатному округу в качестве независимого кандидата.
ПЁТР БЫСТРОВ
член правления Российской ассоциации политических консультантов
Будет больше победителей от “Единой России” — прежде всего это связано с организацией трёхдневного голосования. Марина Шишкина пойдёт от “Справедливой России”, Резник — от “Яблока”, и в Петербурге будут яркие выборы с оппозицией. При этом для любой оппозиции объединение и укрупнение не всегда ведёт к суммированию электората. Ожесточённая борьба пойдёт за все округа, поскольку желающих избраться раза в три больше, чем ЗакС может вместить. В ЗакСе Ленобласти на прошлых выборах 2016 года парламентское большинство в 40 мест заняла фракция “Единой России”. Очевидно, и в этой кампании будет сохранена численность. При этом острой оппозиционной активности не предвидится. Исключением могут стать только Кудрово и Мурино, где активно работает “Яблоко”. В то же время одномандатные округа в Гатчине может выиграть ЛДПР. Тема возможного объединения двух регионов жива, и на неё будут ставить, но вряд ли эта ставка сыграет.
АННА ХМЕЛЁВА
политолог
Если сохранится трёхдневное голосование, то предсказывать результаты выборов будет очень сложно. В таком случае независимо от реальных рейтингов победа будет на стороне партии власти. По большому счёту для властей Петербурга не столь важно, кто сколько наберёт, если это будут системные партии, которые только добавят хоть какую–то внутривидовую конкуренцию. Если и будет нарушение прав избирателей и кандидатов, то на уровне окружных территориальных комиссий, отдельно взятых депутатов и группировок, но не на уровне городской власти. Возможность подтверждения полномочий спикера ЗакСа зависит от федеральных кураторов. Но если предположить, что они не будут вмешиваться, главным станет слово избирателя. Если большинство проголосует за тех кандидатов, которые считаются аффилированными с действующим спикером, значит, снова будет он. Но в этой истории, как правило, слово не за избирателями, а за теми, кто гораздо выше по статусу. Что касается Северо–Запада, то на сей раз картина по регионам существенно отличаться не будет. Во–первых, схема управления кампаниями из федерального центра стала жёстче. А во–вторых, реакции избирателей всё больше определяются не региональной повесткой, а федеральной. Неожиданности в кампании СЗФО могут быть вызваны локальными конфликтами или увеличением жёсткости по отношению к оппозиции. Малые партии хоть и показали неплохие результаты в регионах, но в основном их успех был достигнут благодаря раскрученным личностям. Как, например, успех партии “Родина” в Коми был обеспечен за счёт того, что люди шли помочь спасти Максима Шугалея.
АЛЕКСАНДР ЕРШОВ
политический психолог
Самым тяжёлым для кандидатов в Госдуму от Петербурга будет выбор на земле в мажоритарных округах. В целом я бы обратил внимание на молодых и перспективных игроков. Запрос на дебютантов, которые хотят попробовать себя на федеральном политическом поле, будет как никогда острым. Есть определённая усталость от людей, которые избираются в Госдуму продолжительное время. Петербург является городом, в котором исторически сильны демократические традиции. Например, когда–то “яблочники” имели большой вес. Поэтому если появятся новые яркие выдвиженцы от правого фланга, то по спискам у них могут быть неплохие шансы на избрание. А вот по округам будет идти уже сложнее. В частности, из–за присутствия там представителей других парламентских партий.
РОМАН МОСКОВЧЕНКО
политтехнолог
Мнения экспертов собрала Дарья Ковалёнок

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *